«У профессионального космонавта есть чувство ответственности»

В Большом звёздном зале состоялось подведение итогов заочной олимпиады по астрономии и космонавтике имени М. С. Рязанского, которую проводил Нижегородский планетарий им. Г. М. Гречко. В ней приняли участие учащиеся 1-11 классов школ, гимназий, лицеев Нижнего Новгорода и Нижегородской области.

На торжественной церемонии победителей и призёров олимпиады ждал невероятный сюрприз – дипломы и памятные подарки им вручил гость планетария – Герой России, лётчик-космонавт РФ Валерий Иванович Токарев!

Прославленного космонавта, посетившего наш город, принимали в Большом звёздном зале депутат Законодательного Собрания Нижегородской области Артем Николаевич Баранов, заместитель главы администрации Канавинского района города Нижнего Новгорода Анатолий Юрьевич Багров, Президент Русского Космического Общества Алексей Алексеевич Гапонов, Председатель Нижегородского отделения РКО Владимир Павлович Хрыков, директор Нижегородского планетария им. Г.М. Гречко Александр Волькович Сербер, ребята, занимающиеся в просветительском Астрокосмическом центре «Притяжение» Нижегородского планетария, учащиеся, их родители и учителя.

Валерий Иванович Токарев – Герой Российской Федерации, лётчик-космонавт РФ, космонавт-испытатель Центра подготовки космонавтов им. Ю. А. Гагарина, российский полковник ВВС. C 2008 по 2012 год – глава Ростовского района, Ярославской области. С 2013 года занимал пост Главы городского округа Звёздный городок Московской области. В настоящее время - Председатель Общественно-государственного комитета празднования 85-летия Ю. А. Гагарина.

Совершил два космических полёта. Первый полёт – с 27 мая по 6 июня 1999 года в качестве специалиста полёта «Дискавери» (STS-96) по программе сборки МКС. Стал вторым российским космонавтом, побывавшим на МКС. Продолжительность полёта: 9 сут. 19 час. 13 мин. 01 сек.

Второй полёт – с 1 октября 2005 года по 9 апреля 2006 года в качестве командира транспортного пилотируемого корабля «Союз ТМА-7» и бортинженера 12-ого основного экипажа МКС вместе с Уилльямом МакАртуром (США) и Грегори Олсеном (США). Во время полёта выполнил два выхода в открытый космос общей продолжительностью 11 часов 01 минута. Продолжительность полёта: 189 суток 19 час 52 мин. Позывной: «Рассвет».

После торжественной части у ребят была уникальная возможность задать Валерию Ивановичу свои вопросы и узнать о космосе, как говорится, «из первых уст».

Ребят интересовало всё: как проходит космическая подготовка, как себя чувствуют в невесомости, какое образование нужно космонавту, как выглядит космос с борта Международной космической станции, всегда ли космонавты приземляются там, где планировали, и многое-многое другое!

Общение получилось очень тёплым, и время пролетело незаметно. Ребята буквально не хотели отпускать Валерия Ивановича, который удовольствием делился с ними воспоминаниями о своих космических полётах. Его искренние и честные ответы было очень интересно слушать всем собравшимся в зале.

О том, кем мечтал стать в детстве, и выборе профессии

«Моё детство прошло в средней полосе, в сельской местности, где о космосе и космонавтах никто не мечтал, да никто и не знал. То, что я хотел стать лётчиком, помню точно. Всегда с благоговением отношусь к Чкалову. И книги, которые я прочитал в сельской библиотеке, были как раз о военных лётчиках. Вот тогда я и загорелся стать летчиком.

О космонавтике я не мечтал. Хотел быть военным лётчиком - истребителем. Я им и стал, и карьера складывалась хорошо. Какой тип самолёта ни назовёте, могу с уверенностью сказать, что я на них летал. 55 типов! Это практически все истребители, которые были в Советском Союзе и России, и транспортные, и МИГи, и Як, и СУ-бомбардировщики, и вертолёты.

Жизнь привела в космонавтику. Шёл набор на программу «Буран», и набирали как раз из числа лётчиков-испытателей. Я по возрасту и по опыту подходил, и мне было предложено пойти в космонавты-испытатели авиационнно-космических систем».

О физической подготовке космонавта

«Я не говорю, что космонавт должен быть суперменом, но нормы ГТО точно должен выполнять и с большим запасом. Я и сейчас их, естественно, выполняю. По тестам прохожу и продолжаю летать на самолётах до настоящего времени.

Здоровье оценивается комплексно, чтобы космонавт мог в невесомости выполнить задачу без медикаментозного вмешательства на протяжении длительного полёта. Ведь в космосе процессы обостряются: и психологические, и биологические. То, что на Земле находится, как говорят, в «замороженном», спящем виде, там может проснуться».

Есть ли у космонавтов свободное время?

«На Земле подготовка идёт в том расписании, которое тебе составляет плановый отдел. Всё нацелено на полёт и готовность к полёту. Здесь ты не планируешь себе ни отпуск, ни личные задачи. Во главу угла ставится расписание подготовки к полёту. И ты в нём должен находиться ни год, ни три, а, может, десять, а то и двадцать лет…

А когда ты находишься на орбите, уже в полёте, там ещё жёстче. Всё подчинено программе полёта. Например, планируется тебе 7 часов 30 минут на сон. Правда, как правило, никто не спит такое время. Мне 5 часов в невесомости было достаточно.

Время ото сна отрываешь, чтобы пообщаться, почту составить, позвонить домой. И ещё хочется поснимать. Почти все делают много снимков. Земля притягивает, хочется сфотографировать. Есть в этом и научная часть, но ещё и эмоционально тебя подстёгивает».

Об ощущениях перед стартом

«Здесь есть несколько нюансов. Космонавты занимают свои рабочие места, и за ними закрывается люк где-то за 4 часа до старта. За это время идёт проверка всех систем: наземных, корабельных. Экипаж тоже участвует в этих проверках. Поэтому ты находишься в корабле достаточно долго, ты уже адаптировался, первое волнение уже спало, ты в работе.

Старт, запуск двигателей, безусловно, волнуют, но это не чувство страха на самом деле. У профессионального космонавта есть чувство ответственности.

Я летал командиром корабля, у меня была ответственность за экипаж, за успех экспедиции, за то, чтобы обязательно как можно лучше выполнить своё задание. Ответственность, что страна тебя делегирует на этот космический полёт, и много тысяч людей на Земле смотрят. Конечно, здесь ошибку допустить просто нельзя.

Может, кто-то любит сдавать экзамены? Я вот не люблю. Но космонавтам независимо от возраста всегда приходится сдавать экзамены. Плохо сдавать – стыдно, и надо, чтобы оценка всё время была пятёрка. А на пятёрку надо учиться, и опять ответственность. Но когда люки закрылись, ты уже сам за всё отвечаешь, становится спокойнее».

О выполнении стыковки кораблей со станцией на орбите

«Мне повезло: я и на шаттле стыковался со станцией, и на «Союзе». На корабле я облетал в ручном режиме все узлы, даже те, которые грузовых кораблей. Это не всем удаётся, и не всем доверяют. Просто из-за того, что я лётчик-испытатель, такая задача была мне поставлена.

И мне, как лётчику, было очень интересно пилотировать космический корабль, облетать станцию. При этом надо помнить, что расход топлива очень ограничен, невозможно вернуться на заправку на Землю или на аэродром. Есть у тебя то количество топлива, и ты должен его оставить с запасом на тот последний маневр, когда тебе надо будет возвращаться на Землю, то есть на тормозной импульс.

Есть сложности, но космонавты тренируются, и в процессе тренировок видно, кто и как может пилотировать реально, сколько топлива тратит на маневр».

На каком корабле больше понравилось: на «Союзе» или американском шаттле?

«Оба корабля достойные для своего поколения. У них немножко разное назначение. Идея и задача «Союза» – это доставка космонавтов на орбиту и возврат. Также «Союз» может находиться на орбите 200 и 10 дней и выполнять роль спасательного корабля на случай аварийной ситуации на станции. Но он небольшой корабль, и грузов на нём не привезёшь. Максимум три человека и 50 кг груза разрешается. Весит он 7,5 тонн, а шаттл весит 100 тонн, и в грузовом отсеке он может взять туда до 15-20 тонн груза и вернуть на Землю, и 7 человек экипажа.

Стоимость у них тоже разная. Наш «Буран» и спейсшаттл – это продукт 80-х годов. А «Союз» создавался на рубеже 60-80-х годов. У них и поколения разные, и задачи. Но «Союз» – самый дешёвый космический корабль и самый надёжный в мире».

О строительстве МКС

«Сейчас мы летаем пока только вокруг нашей планеты. Международную станцию, которая находится на орбите, мы начали строить с 1998 года и сейчас практически завершили строительство. Мне удалось поучаствовать с самого начала. В 1999 году я уже полетел туда в составе международного экипажа, когда станция ещё была необитаемая. Там было всего лишь два модуля: российский и американский».

О видах из космоса

«Родная планета из космоса ярко-ярко-голубого цвета. Полутонов в космосе нет, там очень контрастно. И когда ты смотришь, понимаешь – это планета, где твоя жизнь, а в космосе мы работаем.

Луна с Земли кажется немножко романтичной, но когда в иллюминатор смотришь – она такая ядовито-жёлтая, холодная. И звёзды с Земли романтично поблескивают, совсем не страшно смотреть, а в космосе они очень ледяные, большие и всем своим видом показывают, насколько человек ничтожен в космосе, как песчинка. Вот такое ощущение».

О выходе в открытый космос

«Скафандр становится жёстким, потому что защищает тело от разгерметизации. Но ты к этому уже готов. Главное то, что тебе надо выйти в эту бездну в этот небольшой люк, и если ты потеряешь контакт со станцией, то будешь вечным спутником…

Понятно, что есть ответственность перед выполнением задания, но чисто психологически у каждого человека есть инстинкт самосохранения, и это хорошее чувство, потому что помогает выполнять задачу».

Как звучит космос

«Человек незащищённый сразу погибнет, даже не успев выйти в открытый космос. Как только давление упадет ниже 200 мм ртутного столба, то у него начнётся выделение пузырьков в крови, наступит моментальная смерть.

В скафандре мы не можем слышать то, что происходит снаружи, но внутри корабля мы всё-таки слушаем космос с помощью специальных приборов. Если отвечать напрямую, космос не то чтобы звенит… Тишина настолько космическая, что у вас в мозгу возникает ощущение каких-то волн… Звенящая тишина – так можно это назвать».

Когда выходили в открытый космос, Вы видели НЛО?

«На самом деле, это мечта каждого космонавта оказаться тем первым человеком Земли, который увидел НЛО или, по крайней мере, привезти какие-то данные. Но на данный момент никто такой контакт не установил. Сколько я и мои коллеги ни летали, фактически глазами никто не видел. Может быть, эта жизнь существует в какой-то другой форме, может быть, мы ещё не доросли до уровня этих контактов. Но то, что космос – не мёртвый, это действительно так.

Есть момент, когда Земля ничего не слышит, а экипаж что-то слышал. С Земли, конечно, трудно понять и представить, что это такое. И приборы ничего не регистрируют, которые Земля должна бы видеть. Такие нюансы есть».

Об экспериментах на МКС

«Участвовал почти в 100 экспериментах различного рода. Например, мне надо было вырастить горох на орбите, в маленькой оранжерее. Не всем удавалось, это всё не так, как на Земле, всё по-другому. На основе гидрофоники надо ещё сначала правильно посадить зёрнышко, иначе не вырастет в невесомости. Горох вырос хорошо, мы собрали небольшой урожай. Попробовали на орбите, вкус, кстати, нормальный. Засушили, привезли на Землю.

Другой эксперимент был с плазменным кристаллом. Совместно с Академией наук и институтом Макса Планка изучали поведение космической плазмы в условиях невесомости. Только там можно добиться реальных результатов: каким образом наша Солнечная система возникла, что такое плазма… Представьте бочку, а размером это реальная бочка, только там она называется реактор. Хотя когда я один раз назвал её реактором, американцы сразу всполошились, подумали, что русские эксперимент проводят с чем-то ядерным. Это реально реактор, но только не ядерный, в котором исследовалась эта плазма.

Много экспериментов ведётся по изучению самого человека, болезней, на бактериальном уровне. Я с собой возил в экспедицию болезнетворные бактерии рака, СПИДа в специальных контейнерах, мы их экспонировали. Наряду с этим надо было делать забор своей крови. Потом центрифугируешь, потом твоя иммунная система тоже экспонируется, бактерии твои экспонируются. А те полезные бактерии, которые выживают, мы привозим потом на Землю.

На Земле учёные стараются, чтобы полезные бактерии нашей иммунной системы имели возможность побеждать все эти болезни, и это удаётся на самом деле. Вот чего не удавалось до сих пор, поскольку эти бактерии по циклам размножаются, то оттуда привозишь их мощными, а на Земле они больше не возобновляются. Такая проблема есть».

О восстановлении после длительного полёта

«Вообще существует правило восстановления: сколько дней ты находишься в космосе, столько тебе нужно для реабилитации».

О теории «лунного заговора»

«Ещё во времена Советского Союза договорились, что американцы предоставляют нам образцы лунного грунта, а мы предоставляем свои. У нас был луноход, и кораблик 200 грамм лунного грунта доставил. Американцы привезли несколько килограммов и подарили нам. Этот обмен показал, что грунт идентичен. И все вопросы «были-не были» на этом уровне отклоняются.

Я встречался со многими людьми, которые участвовали в этой лунной программе. Это старшее поколение, ещё живы некоторые астронавты, которые выполняли облёт вокруг Луны. Программа требует участия тысяч человек. Если бы были какие-то серьёзные подозрения, наверняка бы на протяжении десятков лет что-то просочилось.

Могу сказать, что все эти фантазии по поводу колеблющегося флага, тени – это всё кадры, которые снимались с Голливудом в лаборатории. Это не те съёмки, а то, что американцы готовили на тот случай, если будет неудавшийся запуск. Было принято решение, что они не будут сообщать сразу всему миру».

Скоро ли мы сможем полететь на Марс и прогуляться там?

«Прогуляться на Марсе, как на Земле, не удастся. Поверхность для жизни не приспособлена. Там нет того состава атмосферы, который бы позволил нам дышать, как на Земле.

По гравитационной составляющей – приемлемо. Можно ходить, но только в защищённом скафандре с системами жизнеобеспечения.

Когда это произойдет, боюсь, никто не сможет сейчас ответить. В ближайшее десятилетие мы будем это только понимать. На Луну мы точно полетим в ближайшее десятилетие, а вот на Марс – это будет уже следующее десятилетие, наверно, а может, и ещё следующее».

Хотели бы Вы ещё раз побывать в космосе?

«Я готов полететь в космос. И себя поддерживаю в форме. Если в ближайшее время будет осуществляться полёт на Луну… Или, по крайней мере, готов в этой программе поучаствовать как испытатель».

После общения все желающие смогли получить автограф и сфотографироваться с космонавтом. И по доброй традиции, почётный гость, оставил пожелание нашему планетарию.

«Прекрасный город, красивые и добрые люди. И, наверное, всё из-за того, что Валерий Павлович Чкалов прямо тут стоит и говорит, что все – в небо!» – сказал Валерий Иванович в завершение встречи с нижегородцами.

  

  



01.05.2019 23:07:00

Возврат к списку